«Кто жесток, тот не герой» — Пётр I

Кто жесток, тот не герой Пётр I

Сегодня 354 года со дня рождения человека, который лично рубил головы топором. На Красной площади. При свидетелях. С удовольствием.

1698 год. Стрелецкий бунт был подавлен ещё до его возвращения. Казалось бы всё кончено. Но Пётр вернулся и начал заново. Допросы. Пытки. Новые признания. Более тысячи казнённых. Бояр и придворных он заставлял рубить головы лично. Отказа не принимал. Сам показывал, как надо. Тела не убирали месяцами.

Висели вдоль дорог. Головы на кольях у городских ворот. Это был сигнал всей стране: мол, вот что бывает.

Степан Глебов. 1718 год. Возлюбленный постриженной в монахини жены. Его пытали трое суток дыба, огонь, иглы под ногти. Он не сломался. Тогда Пётр выбрал кол. Бревно с заострённым концом с заусеницами, чтобы разрывать тело. Тело опускали постепенно, часами. На улице минус тридцать. Чтобы Глебов не умер от холода раньше времени царь приказал надеть на него шубу, шапку и сапоги. Лично распорядился. Глебов умирал 15 часов. Пётр наблюдал из кареты.

Царевич Алексей. Собственный сын. Пётр дал ему письменное помилование. Алексей поверил. Вернулся. Его бросили в Петропавловскую крепость. Пытали кнутом 25 ударов. Потом ещё. На последней пытке присутствовал сам Пётр с Меншиковым. Алексей умер от истязаний. Так отец дважды нарушил слово.

Монах Досифей поддержал Алексея назвал его законным наследником. Колесование. Сначала живому человеку железным колесом дробили кости удар за ударом, конечность за конечностью. Потом добивали.

Сподвижница Евдокии Лопухиной Глафира. Обвинили в колдовстве. Пытали. Живьём закопали в землю по шею. Оставили умирать.

Участники Астраханского восстания 1706 года. Триста человек казнили публично. Колесование, виселицы, четвертование. Головы выставили на шестах вдоль волжского берега.

Пётр лично присутствовал на многих казнях. Не как царь по протоколу. Как наблюдатель. С интересом.

Он построил империю. Он знал цену, которую он заплатил. И всё равно сказал: Кто жесток, тот не герой.

Я бы сказал, что это не мудрость. Скорее приговор самому себе. Он знал, что за все приходится платить. Петр умер в мучениях.

Олег Царёв. Telegram и Max.